Главная Доклады и выступления История казачества (продолжение)

Продолжение

(начало в газете Казачьи Ведомости  №3 2017г. и на сайте Союза казаков)

Запорожская сечь на раннем ее этапе была оплотом вольности и независимости, и считалась воинством защищавшим Веру православную и народ Святой Руси.

Необходимо отметить одну важную перемену, совершившуюся в середине XVI века. Речь идет о введении так называемого «реестра», под каковым разумелся список тех казаков, что польское правительство приняло к себе на службу для охраны окраинных земель от татарских набегов. Строго ограниченные числом, доведенным с течением времени до 6000, подчиненные польскому коронному гетману и получившие свой войсковой и административный центр в городе Терехтемирове над Днепром. Реестровые казаки наделены были известными правами и льготами: избавлялись от налогов, получали жалованье, имели свой суд, свое выборное управление. Но, поставив эту избранную группу в привилегированное положение, польское правительство наложило запрет на всякое другое казакование, видя в нем развитие вредного, гулящего, антиправительственного элемента.

 

С СОЗДАНИЕМ ПОЛЬСКОГО РЕЕСТРА НАЧАЛАСЬ ТРАГЕДИЯ МАЛОРОССИЙСКОГО НАРОДА.

РЕЕСТРОВОЕ КАЗАЧЕСТВО — часть запорожских казаков, принятых на государственную военную службу для организации обороны южных границ государства. Служба казаков была организована в Войске Запорожском, состав которого регламентировался правительственным списком (реестром). Обязанности, плата за службу и привилегии реестровых казаков определялись сеймом и королем Речи Посполитой. Реестровые казаки были выделены в отдельное сословие. После восстания Хмельницкого Войско Запорожское реестровое  с его землями в полном составе, с сохранением привилегий, перешло на службу к русскому царю.

Запорожские казаки, не находящиеся на государственной службе, именовались низовыми, сечевыми или нереестровыми и составляли, собственно, ЗАПОРОЖСКУЮ СЕЧЬ, образуя структуру, именовавшуюся Войско Запорожское Низовое (чтобы не путать с реестровым Войском Запорожским, которое также часто именовалось Войском Запорожским городовым).

Запорожские Низовые казаки жили отдельным, независимым от какого-либо государства сообществом, которое условно делилось на две группы: на сечевых и зимовых казаков.

Сечевые казаки обладали рядом прав и привилегий, по сравнению с зимовыми. Сечевые казаки называли себя «лыцарством» (малоросс. лицарство, рус. рыцарство) или «товарыством» (малоросс. товариство, рус. товарищество). Только эти казаки имели право выбирать из своего состава старшину, получать денежное жалование и вершить все дела войска.

Зимовые казаки на Сечь не допускались, а жили вблизи неё, но входили в состав Войска Запорожского Низового.

Грамота Сигизмунда II Августа от 5 июня 1572 г., переданная на Запорожье, предлагала запорожцам поступать на королевскую службу, для несения охранной службы и полицейских обязанностей Король подтвердил распоряжение коронного гетмана Ежи Язловецкого о наборе 300 казаков на государственную службу. Одним из самых важных пунктов этого решения было назначение шляхтича Яна Бадовского старшим и судьей над низовыми казаками. Установление особого административного и судового производства для реестровых казаков имело целью организацию контроля над всем казачеством. Ян Бадовский с помощью принятых на службу казаков должен был удерживать остальных (нереестровых) казаков от действий, которые противоречили бы государственным интересам Речи Посполитой.

Набирали в реестр, главным образом из зажиточных крестьян королевских имений и мелких малороссийских шляхтичей. После организации реестрового войска правительство стало признавать казаком только того, кто был вписан в реестр. За всеми другими власти не признавали не только казацких прав, но и самого названия "казак". Реестровые казаки обязаны были отбывать службу в Южном Поднепровье, по преимуществу за порогами. Там, на пограничье, они обязывались выставлять залогу (гарнизон). Реестровое войско стало именоваться в официальных актах "Войском Запорожским".

Называя так реестровцев, польское правительство хотело подчеркнуть, что все остальные казаки, прежде всего принадлежащие к Запорожской Сечи, были поставлены вне закона.

Сеймом обсуждались два варианта отношений с казачеством:

первый - организация реестрового войска для защиты южных границ и выполнения полицейских функций;

второй - уничтожение всех казаков.

Реестровые казаки давали присягу на верность королю, согласно которой они должны были отражать набеги татар на территорию Речи Посполитой, участвовать в войнах и в полицейских акциях - подавлять выступления крестьян и вольных казаков, восстававших против панов, принимать участие в походах на Москву и Крым.

Вначале, при создании Войска Запорожского, старший реестрового войска назначался великим коронным гетманом и утверждался королем. (первым гетманом запорожским был официально объявлен Богдан Хмельницкий, до него был титул старшего войска запорожского). Назначение Гетмана всегда было предметом торга между казаками и королевской властью. Были годы, когда сами казаки выбирали старшего, но чаще власть отменяла всякую выборность в войске и назначала всю старшину. Например, 1638 г. после принятия "Ординации  Войска Запорожского реестрового, которое пребывает на службе в Речи Посполитой", строго запрещалось выбирать старшего из казацкой среды, вместо него назначался королевский комиссар из шляхетства по рекомендации великого коронного гетмана и польного коронного гетмана и утверждался сеймом. Остальные чины войска должны были также быть исключительно шляхетского происхождения.

С образованием реестрового казачества к концу XVI века сформировалось два казачьих центра: один в Запорожской Сечи, считавшейся очагом свободного казацкого движения, второй в Трахтемирове, базе реестровых казаков, служивших польской короне.

Реестровые казаки, в отличие от остальных, считавшихся в Речи Посполитой холопами, получили некоторые привилегии, их приравнивали к безгербовой  шляхте (без политических прав). Реестровым казакам польским королем были предоставлены войсковые знаки, регалии и атрибуты власти казачьего войска, называемые клейнодами. Оплата за службу производилась деньгами, одеждой и военными припасами.

Содержание реестровых казаков для королевской казны было выгоднее, чем наемных войск. Так, расходы на 6 тыс. казаков были меньше, чем на 600 наёмных пехотинцев.

Однако, несмотря на это, польская шляхта ненавидела запорожских казаков за их своеволие и только от крайней нужды искала с ними согласия и помощь в военных и полицейских акциях.

1577 г. из письма от короля к крымскому хану:

"Мы их не любим и не собираемся беречь, даже наоборот, собираемся ликвидировать, но в тоже самое время не может держать там (за порогами) постоянно войско, чтобы им противодействовать".

Реестровые казаки, сделавшись королевским войском, призванным оберегать окраины Речи Посполитой и нести полицейскую службу (против малороссийского крестьянства и вольных казаков) возгорелись мечтой о некоем почетном месте в панской республике; в результате зародилась та идеология, которая сыграла потом злую шутку  в истории Малороссии. Она заключалась в сближении понятия «казак» с понятием «шляхтич». Сколь смешной ни выглядела эта претензия в глазах тогдашнего польского общества, реестровые казаки упорно держались ее.

Борьба за свои привилегии, стать шляхтой и пановать над малороссийскими холопами, так же как  и поляки, велась реестровой верхушкой (генеральной старшиной) постоянно, практически с первых дней образования реестра. Защита народа Святой Руси  в планы реестра не входила. Что же касается Веры православной,  то только два  эпизода  в истории  польского реестра расставляет все на свои места, Осенью 1609 года украинские казаки под командованием некоего атамана Олевченко вели боевые действия на Смоленской земле, выполняя задачи, поставленные перед ними польской властью. Можно смело предположить, что в отряде Олевченко  действовали в большей мере запорожские реестровые  (городовые казаки), чем низовые  запорожцы, так как известно, что шел этот отряд к московским границам не из Запорожья, а из Украины. Остановившись несколькими лагерями возле Черкасс, Переяслава и Канева, казаки Олевченко прислали гонцов к королю Сигизмунду III, предлагая свои услуги для наступления на Смоленск. Король с радостью принял предложение прибавить к своей армии несколько тысяч практически бесплатных солдат, хотя в дальнейшем и раскаялся в своем решении. К этому подталкивало то, что казаки, как выяснилось, совсем не собирались подчиняться приказам польского командования, демонстрируя полнейшую обособленность. Они попросту игнорировали приказы командиров Сигизмунда III и Сапеги, гораздо больше прикладывая усилий для опустошения окрестностей и грабежа дворянских поместий, чем к осаде Смоленска.

Это также поход  в 1618 году гетмана Петра Сагайдачного на Москву. Его отряд имел численность 20 тыс. человек и этот  поход оставил недобрые воспоминания о жестокостях черкасс и повсеместного разрушения православных храмов. В это же  время сподвижник Сагайдачного  Михайло Дорошенко с отдельным отрядом захватил Лебядин, Скопин, Данков и Ряжск, вырезал местных жителей вплоть до младенцев; потом выжег Рязанщину, перебил увещевавших казаков священников-московитов, некстати лезших с напоминаниями, что, дескать, мы один народ – люди православные – и под Ельцом соединился с Сагайдачным.

РЕЕСТРОВЫЕ КАЗАКИ ДОБИВАЛИСЬ:

-достоинства шляхтичей (в этом был весь смысл жизни реестровой старшины).

- увеличения численности реестрового войска и оплаты за службу;

- права выбора старшего (гетмана) реестра;

- права выбора полковников, писарей и урядников;

- права проживания не только в королевских и помещичьих имениях, но и в Запорожье;

- права независимого казацкого судопроизводства;

- права на использование греческой веры (православной);

- права на землепользование;

- освобождение от налогов и других повинностей (за исключением военной службы).

Все перечисленные права и привилегии в зависимости от политической ситуации в стране и от внешних угроз, то предоставлялись, то снова ликвидировались польским сеймом.

Скапливая богатства, обзаводясь землей и слугами, верхушка реестрового казачества, в самом деле, стала приближаться, экономически, к образу и подобию шляхты. Известно, что у того же Богдана Хмельницкого было земельное владение в Субботове, дом и несколько десятков челяди. К средине XVII века, реестровая казачья аристократия, по материальному достатку, не уступала мелкому и среднему дворянству. Отлично понимая важность образования для дворянской карьеры, она обучает своих детей панским премудростям. Меньше, чем чрез сто лет после введения реестра, среди казацкой старшины можно было встретить людей употреблявших латынь в разговоре. Имея возможность, по характеру службы, часто общаться со знатью, старшина заводит с нею знакомства, связи, стремится усвоить ее лоск и замашки. Ей не хватает только шляхетских прав.

Но тут и начинается драма, обращающая ни во что и латынь, и богатства, и земли. Польское панство, замкнувшись в своем кастовом высокомерии, слышать не хотело о казачьих претензиях. Не помогают ни лояльность, ни верная служба. При таком положении, многие издавна начали подумывать о приобретении шляхетства вооруженной рукой.

В ученой литературе, реестр рассматривается обычно как первое юридическое и экономическое разделение внутри казачества. В реестровых видят избранную касту, получившую возможность обзаводиться домом, землей, хозяйством и применять, нередко в больших размерах, труд работников и всевозможных слуг.

Взаимоотношения между реестровыми и нереестровыми, несмотря на некоторые размолвки, никогда не выражались в форме классовых или сословных распрей. Сечь для тех и других была колыбелью и символом единства. Реестровые навещают ее, бегут туда в случае невзгод или ссор с польским правительством, часто объединяются с сечевиками для совместных набеговых предприятий.

Постепенно путем внедрения своих людей  на Сечь (полонофилов и шляхты, и других инородцев, путем подкупа, перехвата инициативы, картина их внедрения темна, как по недостатку источников, так и по неуловимости самого явления.) ими захватываются командные высоты  и в Запорожской Сечи.  Часть Запорожской низовой старшины возгорелась также мечтой о почетном месте в панской республике, в результате  реестровая идеология пустила свои корни в Сечи, которая сыграла потом злую шутку  и в истории  Сечи.. Эта идеология не была встречена враждебно на низу, но даже окрылила определенную часть  степного гультяйства; попасть в реестр и быть причисленным к «лыцарству», стать шляхтой стало мечтой запорожского молодца.

ПОЛОЖЕНИЕ В МАЛОРОССИИ XVII В.

1.МАЛОРОССИЯ НАХОДИЛАСЬ ПОД ВЛАСТЬЮ РЕЧИ ПОСПОЛИТОЙ И ИСПЫТЫВАЛА ТРОЙНОЙ ГНЕТ:

-Феодальный (высокие налоги);

-национальный (запрещалось говорить на родном языке);

-религиозный (запрещалось исповедовать православие);

 

С XVI в. национальный гнет в польско-литовском «содружестве» все более приобретал религиозное оформление – католичество вело беспощадную  борьбу против православия. Сыновья могущественных православных магнатов совращаются иезуитами в католичество.

В 1598 г. высокородные литовско-русские вельможи (Тышкевичи, Збаражские и др.) заявляют о принятии католичества. Окатоличившиеся землевладельцы вместе с агрессивным католическим клиром усиленно размножают на западнорусских землях костелы и кляшторы (монастыри). Род могущественных Острожских, окатоличившись, передает ксендзам православные храмы во всех своих обширных владениях – а только на Волыни им принадлежало 25 городов и 670 селений. Мелкая западнорусская шляхта вознаграждается за переход в латинство чинами и должностями, разнообразными возможностями кормиться от населения.

Начиная с 1649 г. православных больше не допускают к государственным должностям любого уровня.

Благородное сословие западнорусского края быстро размывается за счет огромного числа разночинного сброда, пришедшего с Запада.

К этому времени относится  и исчезновение огромного числа русских культурных ценностей, летописей и культовых сооружений – так погибло историческое наследие Древней Руси.

Когда в Запорожье примчался обиженный неправдой коронный сотник (реестровый) Богдан Хмельницкий (польский шляхтич Чаплинский отобрал у него имение и увел от него красавицу любовницу Елену, жена его на тот момент была жива но прикована к постели болезнью) и бросил лозунг: Будем защищать церковь православную и Землю Русскую!", - Появилась высокая идея. Призыв Хмельницкого горячо поддержали. Однако очередной бунт, несомненно, завершился бы эшафотами и кострами на Варшавских площадях, если бы на выступление казаков не откликнулось малороссийское крестьянство. Именно оно перевело очередной казацкий бунт в русло народно-освободительной войны, не дало верхушке реестровых казаков ограничиться собственными привилегиями, отобранными у польского короля.

Механизм  управления  восстаниями находился  всегда  в казачьих руках, а реестровые  казаки добивались не уничтожения крепостного порядка, но старались правдами и неправдами втереться в феодальное сословие Речи Посполитой. Не о свободе шла тут речь, а о привилегиях реестровой старшины.

Прежде всего, малороссийский (русский) народ заставил идти корыстолюбивых реестровых старшин и гетманов до конца, до полного воссоединения с "единокровной и единоверной" Россией.

Время подтвердило правильность исторического выбора. Шансов у миллионного народа отстоять в одиночку право на существование в изнурительной войне с 11-миллионной Польшей не было совсем. Все бы завершилось окончательной, бесповоротной полонизацией и превращением Поднепровья в одну из провинций Великой Польши.

И НЕ БЫЛО БЫ СЕГОДНЯ ПОВОДА ГОВОРИТЬ, ЧТО УКРАИНА - КРУПНЕЙШЕЕ ЕВРОПЕЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО.

Продолжение следует:

 

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
Икона дня

Донская икона Божией Матери

Войсковая икона Союза казаков России

Преподобный Иосиф Волоцкий

"Русская земля ныне благочестием всех одоле"

Наши друзья

Милицейское братство имени Генерала армии Щелокова НА

Статистика
Просмотры материалов : 2698551