Главная Обзор новостей Новости Союза Казаков России КАРАНТИННАЯ ПАСХА

КАРАНТИННАЯ ПАСХА

Пасха 2020 года, наверняка, войдёт в анналы истории как самая необычная и малолюдная

Роман Илющенко

Коронавирус — биологическое оружие или эпидемия?

21.04.2020 153

Пасха 2020 года, наверняка, войдёт в анналы истории как самая необычная и малолюдная. В результате предпринятой массированной психологической атаки устрашающего короновируса на светскую и духовную власть московские храмы были закрыты для прихожан. В целях, естественно, их же здоровья, но хорошо, что не «по просьбам молящихся».


Тайная вечеря. Несмотря на карантин и строгое распоряжение главного санитарного врача столицы Елены Андреевой (помолитесь за неё, кто может), сами Пасхальные службы в церквах и монастырях продолжались полным чином, и это не могло не радовать! Спасибо за это Патриарху (помолимся и о нём!), но выбора перед прихожанами храмов практически не оставалось: двери и ворота обителей и церквей были на неделю Страстной Седмицы наглухо закрыты, наподобие Гроба Господня во Иерусалиме.

Не знаю, как решали проблему другие прихожане, но я расскажу о своём опыте. Являясь по совместительству с основной работой волонтёром храма, я без труда попал на службу. Ожидая увидеть полицейский кордон вокруг храма, наподобие караула римских легионеров в Ту самую ночь 2000 лет назад, я запасся всеми необходимыми аргументами в виде всевозможных служебных и ветеранских «корочек» и заготовленными легендами, что, мол, без меня и служба-то не начнётся. Готов был и через забор лезть, надеясь не попасть в поле зрения всевидящего ока «большого брата».

Но всё оказалось до обидного буднично и намного проще, чем я себе это представлял. Ни осаждавших храм толп прихожан, ни суровых полицейских, стоявших стеной у входа, я не увидел. Перед калиткой на территорию нашего храмового комплекса в Бутово не было ни души. Я открыл изнутри задвижку и вошёл во двор. Появился Коля – охранник чоповец, кивнул, узнав меня, и показал глазами на стоявшую среди машин клириков полицейскую машину с потушенными фарами. Сотрудники полиции не проявляли, казалось, никакого интереса ни ко мне, ни к храму, словно оказались здесь случайно. Это приятно удивило.

В храме было непривычно пусто для Пасхальной службы, когда трудно было протиснуться даже ко входу. Написал записки, отдал их, поприветствовав, свечнице. Стал неспешно прикладываться к иконам, оценивая достоинства пустующего храма, здороваясь с пришедшими, как и я, на службу: старостой храма, свечницами, уборщицами, поварами. Не считая хора, скрывшегося на… хорах, вместе со священниками, диаконом и алтарниками нас набралось человек 20. На отдельном столике выложил принесенные с собой в рюкзаке (тайно) куличи и яйца – настоятель обещал, что освятит всё после богослужения.

«Христос воскресе!» Началась служба. Алтарники, сменяя друг друга, читают Часы. Их голоса торжественно звучат в практически пустом и полутёмном храме. Всё ново, таинственно и необычно. Перед иконами теплятся пасхальные лампады и загадочно мерцают свечи. Вскоре начались перемещения в церкви алтарников, связанные с Пасхальным Крестным ходом. Выносятся хоругви и иконы, выстраивается чинопоследование хода, имеющее свои древние традиции. Впереди с Фонарем сияющий Ярослав – между прочим, доктор! Как ему удалось выкроить время для службы в храме, среди загруженных под завязку суточных дежурств врача, ведомо только ему и Богу.

Зажигаем от свечей наши красные лампады и готовимся заявить на всю спящую Москву. Да что там на Москву? На весь мир о Воскресшем Христе! Для меня это самый главный момент Пасхальной службы, ведь тогда впервые за Пятидесятницу и зазвучит ликующий, победный возглас священника, брошенный в народ: «Христос воскресе!». И народ, который набивается в храм и толпится на улице, кажется, тоже больше всего ждёт именно его, чтобы так же единодушно грянуть в ответ: «Воистину воскресе». Но предваряет это ликования, эту кульминацию Богослужения, как я уже объяснил, пауза, связанная с торжественным перемещением по храму икон и хоругвей при потушенном свете.

Сигнал, что пора трогаться в путь, дает, кажется, хор, который еле слышно, почти шёпотом начинает распевать стихиру Пасхальной утрени: «Воскресение Твоё, Христе Спасе, Ангелы поют на Небесех: и нас не земле сподоби чистым сердцем Тебе славити». Пение это они начинают ровно в полночь. Постепенно хор всё увереннее доносит до нас эту благую весть, и заветные слова скоро заполняют, кажется, всё пространство храма.

Как я понимаю своим умишком, Христос воскрес раньше – ещё днём, очевидно, в момент схождения Благодатного Огня на Гробе Господнем в Иерусалиме. Многие, в том числе я, смотрели трансляцию этого события по телевизору и радовались. Но для апостолов, а, следовательно, и всего жившего тогда в Иерусалиме народа, это событие 2000-летней давности прошло незаметно. Узнали они его по факту пустующего Гроба с отваленным камнем от жён-мироносиц, пришедших ко Гробу Господню с единственной целью: воздать последние почести Телу Божественного Учителя, намазав его благовонными мазями и миром.

Все мы словно символизируем этих жён с горящими в ночи лампадами, которые сейчас пойдут за священниками и хором вокруг запертого Колей – охранником храма, превратившегося в этот момент в Господний Гроб. Сам Николай символизирует римского стражника, приставленного первосвященниками охранять запечатанный Гроб. Знает ли об этом он, мне не известно, но вид у него серьёзный и деловой. В этот раз нас - жён мироносиц, немного. Наверное, примерно столько же их было и в Ту Ночь. Под пение стихиры мы не спешна обходим храм. Кто-то из алтарников ударил в колокола. Ударил неумело, но даже этот звон кажется благовестом, предваряющим главное событие во Вселенной – воскресение распятого злодеями Христа.

К удивлению и радости видим за оградой храма несколько человек – не больше десятка, которые тоже зажгли свои лампады! Они мысленно с нами! Нас разделяет забор и… появившиеся полицейские. Но это только кажется, это временная и преодолимая преграда, если вспомнить, что в эту ночь всех нас объединяет Воскресший Христос!

И вот Храм – Гроб мы обошли и наконец-то наш отец Владимир, осеняя нас Крестом в одной руке и горящими свечами в другой, восклицает: «Христос воскресе!», и мы дружно, словно на одном дыхании, вторим ему: «Воистину воскресе!». Всё, пик Торжества на взгляд большинства пройден. Тайна открыта и принародно озвучена! На этом моменте многие из пришедших в храм направляются домой встречать Пасху, славя Воскресшего Спасителя, имея на это полное право. Но мы, не уставая повторять Истинность Его Воскресения, возвращаемся в храм.

«Ад огорчися… ибо посрамлён». Продолжается дальнейшее чинопоследование Пасхальной службы, в центре которой находится Божественная Литургия. Одна из её особенностей состоит в том, что Тела и крови Воскресшего Христа приобщаются все присутствующие! До этого проводится Исповедь, но занимает она немного времени – это ещё один ощутимый плюс карантинной Пасхи.

Когда я, вспомнив не названный грех, повторно подошел под епитрахиль, священник удивленно посмотрел на меня: «Какой-то смертный грех? Нет? Ну, тогда иди и не смущайся, ведь Пасха!» Действительно! Разве не об этом читалось в Огласительном слове на Пасху Святителя Иоанна Златоуста, ежегодно в этот день зачитываемом в храмах? Я очень люблю внимать этим никогда не надоедающим словам, словно нектаром питающим душу. Хотя на церковнославянском оно звучит куда умилительнее, приведу его полностью в русском переводе:

«Кто благочестив и боголюбив, — тот пусть насладится этим прекрасным и светлым торжеством. Кто раб благоразумный, — тот пусть, радуясь, войдёт в радость Господа своего. Кто потрудился, постясь, — тот пусть возьмёт ныне динарий. Кто работал с первого часа, — тот пусть получит сегодня должную плату. Кто пришёл после третьего часа, — пусть с благодарностью празднует. Кто успел придти после шестого часа, — пусть нисколько не беспокоится; ибо ничего не лишится. Кто замедлил до девятого часа, — пусть приступит, нисколько не сомневаясь, ничего не боясь. Кто успел придти только в одиннадцатый час, — пусть и тот не страшится за своё промедление.

Ибо щедрый Владыка принимает и последнего, как первого; успокаивает пришедшего в одиннадцатый час так же, как и работавшего с первого часа; и последнего милует, и о первом печётся; и тому даёт, и этому дарует; и дела принимает, и намерение приветствует; и деятельности отдаёт честь и расположение хвалит.

Итак, все войдите в радость Господа нашего; и первые и вторые получите награду; Богатые и бедные, ликуйте друг с другом; Воздержные и нерадивые, почтите этот день; Постившиеся и непостившиеся, веселитесь ныне. Трапеза обильна, — насыщайтесь все; Телец велик, — никто пусть не уходит голодным; все наслаждайтесь пиршеством веры; все пользуйтесь богатством благости. Никто пусть не жалуется на бедность, ибо открылось общее Царство. Никто пусть не плачет о грехах, ибо из гроба воссияло прощение. Никто пусть не боится смерти, ибо освободила нас смерть Спасителя. Он истребил её, быв объят ею; Он опустошил ад, сошедши во ад; Огорчил того, который коснулся плоти Его.

Об этом и Исаия, предузнав, воскликнул: "Ад, — говорит он, — огорчися, срет тя доле". Он огорчился, ибо стал праздным; Огорчился, ибо посрамлён; Огорчился, ибо умерщвлён; Огорчился, ибо низложен; Огорчился, ибо связан. Он взял тело и нашёл в нём Бога; Взял землю и увидел в ней небо; Взял то, что видел, и подвергся тому, чего не видел.

"Где ти, смерте, жало? Где ти, аде, победа?" (1Кор. 15:55).Воскрес Христос, — и ты низложился; Воскрес Христос, — и пали бесы; Воскрес Христос, — и радуются ангелы; Воскрес Христос, — и водворяется жизнь; Воскрес Христос, — и мёртвого ни одного нет во гробе. Ибо Христос, воскресший из мертвых, — "Начаток умершим бысть" (1Кор. 15:20). Ему слава и держава во веки веков.Аминь».

Наша взяла! Служба закончилась в районе 2:30. Притомившись, я уже стал терять её канву и, отвлёкшись, даже успел веерно разослать поздравления родным и друзьям под впечатлением Слова Иоанна Златоуста. Звучало оно так: «Христос Воскресе и ад упразднесе!». Получилось, на мой взгляд, вполне канонично и оригинально. Спасибо Святому!

Ну и, наконец, дело дошло до освящения наших куличей, пасок и яиц, скромно уместившихся на небольшом столике. В обычные дни этому обряду посвящена почти вся суббота. Тогда на площади перед храмом расставляются столы и люди заполняют их теми же куличами и пасхами всех форм и размеров. Священники, обходя их, кропят Святой водой. Следом идёт алтарник с ведром и подносом, куда люди щедро опускают яйца и кладут деньги. Потом эти же яйца будут раздаваться людям в храме – такой вот очень добрый обычай, не имеющий, по-моему, отношения к Евангельскому первообразу и хронологии. Но без него трудно представить нашу Русскую Пасху. На сей раз нам после Причастия раздали пасхальные шоколадки. Неожиданно и приятно!

Замечаю, что и наши суровые (надеюсь, только с виду) полицейские принесли свои куличи для освящения – еще одно зримое объединение во Христе! Думаю, что люди, добившиеся запрещения посещения храмов на Пасху и стоявшие за ними силы, ожидали обратного. Но, как и следовало ожидать, у них ничего не получилось! Христос всё равно воскресе, а ад упразднесе! И мы были этому свидетели!

…Ночное небо было вроде бы обычное, но всё равно другое, пережившее, казалось, вместе с нами Важнейшее Событие от сотворения мира! Высыпавшие звёзды глазели на нас с удивлением: что там кричат в полночь почему-то не спящиедо сих пор люди? Эй вы, звёзды, разве вы не слышали? Христос Воскрес!

Роман Алексеевич Илющенко, ветеран боевых действий, религиовед

 

 
Интересная статья? Поделись ей с другими:
Икона дня

Донская икона Божией Матери

Войсковая икона Союза казаков России

Преподобный Иосиф Волоцкий

"Русская земля ныне благочестием всех одоле"

Наши друзья

 

 

Милицейское братство имени Генерала армии Щелокова НА

Статистика
Просмотры материалов : 3971139